Кто нам помогал


Главная
cтраница
База
данных
Воспоминания Наши
интервью
Узники
Сиона
Из истории
еврейского движения
Что писали о
нас газеты
Кто нам
помогал
Фото-
альбом
Хроника Пишите
нам
Памяти
Сая Фрумкина
Владимир Матлин
Жаки и Хана
Берловиц
Памяти Линн Сингер
Вручение медали Николсона.
Марк Альбер
О Майкле Шербурне.
Сай Фрумкин
Кливленд против СССР.
Борис и Эстер Колкер
Сэр Мартин Гилберт.
Евгений Леин
Барух Эйяль.
Евгений Леин
Шошана Меркл-Лювшиц.
Евгений Леин
Сенатор Генри М. Джексон.
Уильям Кори и редакция сайта
Дороти Гирш.
Евгений Леин

Герой нашего седера -
МАЙКЛ ШЕРБУРН

Майкл Шербурн (справа)
и Сай Фрумкин


       Я не помню, как давно Майкл был у нас в Лос Анжелесе. 15 лет тому назад? 20? Но я хорошо помню, как я возил его по нашему городу, и как он вдруг сказал: "Ты не можешь на минутку остановиться? Я хотел бы сделать фотографию".

      Я был озадачен: "А чего тут фотографировать? Я не вижу никаких достопримечательностей". Майкл засмеялся. "Я хочу заснять табличку с названием улицы. Они назвали улицу моим именем".

      Конечно же, он был прав. Приглядевшись, я увидел: "Sherbourne Drive". Но тот, кто дал этой улице такое название, наверняка никогда не слышал о Майкле Шербурне. А жаль. Он заслуживает, чтобы его именем были названы многие улицы во многих городах.

      А чуть позже в этот же день он рассказал мне, как его удостоили еще одной чести: " Я, вероятно, единственный еврей, кто был выдвинут в британские лорды, причем коммунистической газетой", - сказал он. В 1970-х годах "Правда", главная советская газета, поместила длинную передовую статью, в которой говорилось о "сионистском провокаторе и типичном представителе гнилого британского правящего класса лорде Шербурне". Майкл никогда не просил "Правду" напечатать поправку. А история его громкого имени такова. Отец Майкла бежал из царской России в Англию, стал моряком на британском торговом судне. В 1914 году, когда между Англией и Германией началась война, другие моряки начали над ним издеваться, думая, что он - немец, поскольку фамилия у него была что-то вроде Гинзбург или Фридман. Когда корабль вернулся, отец Майкла заказал толстенную книгу - перечень всех титулованных имен и фамилий Великобритании. Там-то он и обнаружил понравившуюся ему фамилию и переменил свою еврейскую фамилию на стопроцентно британскую - Шербурн.

      В 1930-ых годах Майкл и его жена уехали в кибуц в Палестину, бывшую тогда британским протекторатом. Когда началась война, он пошел во флот, а после войны стал преподавателем французского языка и металловедения в лондонской средней школе. Именно в те годы он заключил пари, которое изменило всю его последующую жизнь. Один из его коллег глумился над французским языком, говоря, что там и учить нечего, очень уж он простой. "Вот русский - это язык очень сложный. Держу пари, что русский вам не одолеть", - подначивал он Майкла.

      Майкл рассказал мне эту историю с улыбкой: "Это было гораздо труднее, чем я ожидал. Мне было уже за 40, и я даже бросал несколько раз. Но, в конечном счете, одержал победу и над собой, и над русским языком".

      Да, он действительно победил, и победил с честью. Когда я в последний раз встречался с ним в Лондоне в 1999 году, он совершенно свободно общался на русском языке с моей женой, бывшей москвичкой. Она спросила его, любит ли он русскую литературу, и читал ли он Пушкина. "Я очень люблю Пушкина", - сказал. Майкл. "Его поэзия подобна музыке. Только послушайте… " И затем он начал читать наизусть всего "Евгения Онегина" с первой главы до последней, без единой запинки.

      В 1960-х и 70-х годах, когда на Западе в качестве реакции на советский антисемитизм возникло движение за освобождение советских евреев, Майкл Шербурн стал одним из самых ярых активистов на Западе, помогавшим отказникам и диссидентам в СССР. Он сделал сотни, возможно тысячи обращений по телефону по-русски к советским евреям, которые до того не знали, слышны ли их голоса на Западе. Майкл знал номера телефонов и имена всех советских активистов, прошедших через гонения, аресты, предвзятые суды и несправедливые приговоры властей, которые никак не могли понять, почему эта жалкая горстка евреев встала на борьбу с советской сверхдержавой. Майкл осуществлял постоянную связь с этими борцами, всячески поддерживал их и словом, и делом. Информация, которую он собрал, помогла нам выиграть нашу битву за выезд советских евреев на Запад.

      Когда Майкл звонил в Союз, он представлялся под разными именами, но власти знали, что это был он. Телефонистка в Москве как-то, смеясь, сказала, когда он представился российским инженером из Днепропетровска: "Мы знаем, кто Вы, Вы - господин Шербурн".

      Несколько месяцев тому назад Майкл позвонил мне и сказал, что приезжает на Песах к своей внучке в Вашингтон.

      "Почему бы Вам не приехать в Лос Анжелес и не провести вместе с нами седер на русском языке?", - спросил я его. Майкл переспросил: "Седер на русском языке"?

      Я объяснил, что в Лос Анжелесе вот уже 10 лет русскоязычная община очень торжественно празднует еврейскую пасху. Началось это как совместный проект Бюро еврейского образования, Южнокалифорнийского Совета в защиту советских евреев и Ассоциации еврейских иммигрантов из бывшего СССР. Мы перевели на русский язык Агаду, пригласили кантора с международной известностью, нашу звезду Светлану Портнянскую, а меня попросили вести седер. Первый год мы собрали на седер приблизительно 150 человек. Это были, в основном, пожилые люди со смутными воспоминаниями о праздновании еврейской пасхи. Год за годом народу прибавлялось, стали приходить и более молодые люди, и дети. Последние три года мы должны были "работать" и первый, и второй седер, потому что желающих стало так много (более 600 человек), что разместить их всех в один вечер было просто невозможно. В этом году мы впервые проводим оба седера (16 и 17 апреля) в очень красивой синагоге "Темпл Эммануэль" в Беверли Хиллз.

      Майкл замолк, и довольно надолго. А потом сказал: "Седер на русском языке? Да, я бы хотел там быть".

      Итак, 17 апреля Майкл Шербурн будет иметь возможность увидеть плоды борьбы, которой он и его соратники отдали столько сил, времени и души.

            Я бы очень хотел добавить имя "Майкл" к названию "Sherbourne Drive", чтобы эта улица действительно была названа его именем. Он этого заслуживает. И не надо ему быть настоящим лордом: он и так один из самых благородных людей, которых я когда-либо знал.

Лос Анжелес, 1993.


От редакции сайта: В нашем архиве мы нашли любопытную вырезку из газеты "Джерузалем Пост" от 15 марта 1990 года. Мы решили добавить её к замечательному эссе Сая Фрумкина, ибо она точно характеризует его героя, Майкла Шербурна.


            ЭТИМОЛОГИЯ СЛОВА «REFUSENIK» (ОТКАЗНИК)


Редактору газеты «Джерузалем Пост»

            Сэр - я был рад увидеть письмо Говарда М. Вейсбанда из Еврейского Агентства, справедливо протестующего против использования журналистами слова «рефьюзник» («отказник»). Я думаю, что вашим читателям будет интересно узнать немного больше об истории и происхождении этого неологизма.

            Именно я ввел в обращение это слово, впервые применив его в 1971 году. В конце того года, во время одного из моих частых телефонных разговоров на русском языке с советскими евреями, которым отказали в выезде в Израиль, было использовано слово «отказник», и когда я сказал, что не знаком с этим словом, мой собеседник в Москве, Гавриил Шапиро, перевел его мне на иврит как «сирувник».

            Когда я писал отчет об этом разговоре, я столкнулся с тем, что не знаю, как написать его на английском; подумав некоторое время, я остановился на слове «рефьюзник» («refusenik», от английского слова «to refuse» - отказывать. – Прим. перев.), основываясь на принятом использовании иностранных слов, к которым прибавляется русский суффикс, как, например, киббуцник, мошавник, махальник, мапайник, нудник и т.д.

            Правильное значение этого слова, конечно же, как справедливо указал м-р Вейсбанд – это «еврей, гражданин СССР, которому было отказано советскими властями в выезде из СССР». Использование этого слова по отношению к человеку, который «отказывается идти куда-то или делать что-то» является серьезной ошибкой, в том числе и грамматической, так как подменяет пассивный залог активным.

            Я рад сообщить вам, что это слово получило сейчас международное признание и применяется именно в таком написании на французском, голландском, немецком и итальянском языках, а также иногда используется и по-русски. Более того, оно появилось в некоторых английских словарях, в частности, в словарях Chambers Longmans и Collins. И после моего письма к ним издатели словарей Webster's (Collegiate and International), Random House и Oxford English Dictionary приняли мое определение в том виде, как оно изложено выше, и пообещали исправить его в следующем издании словарей; они также согласились с тем, что встречающееся иногда написание «refusnik» является не альтернативным, а ошибочным написанием.


Майкл Шербурн, Лондон


От редакции сайта:Письма от Говарда Вейсбанда и Майкла Шербурна появились в ответ на неправильное использование слова "рефьюзник" ("сирувник" на иврите) некоторыми израильскими журналистами в отношении военнослужащих, отказывающихся служить в подразделениях, дислоцированных на так называемых "территориях".

Главная
cтраница
База
данных
Воспоминания Наши
интервью
Узники
Сиона
Из истории
еврейского движения
Что писали о
нас газеты
Кто нам
помогал
Фото-
альбом
Хроника Пишите
нам