Воспоминания


Главная
cтраница
База
данных
Воспоминания Наши
интервью
Узники
Сиона
Из истории
еврейского движения
Что писали о
нас газеты
Кто нам
помогал
Фото-
альбом
Хроника Пишите
нам

В отказе у брежневцев
Алекс Сильницкий
10 лет в отказе
Аарон Мунблит
История
одной провокации
Зинаида Виленская
Воспоминания о Бобе Голубеве
Элик Явор
Серж Лурьи
Детство хасида в
советском Ленинграде
Моше Рохлин
Дорога жизни:
от красного к бело-голубому
Дан Рогинский
Всё, что было не со мной, - помню...
Эммануэль Диамант
Моё еврейство
Лев Утевский
Записки кибуцника. Часть 2
Барух Шилькрот
Записки кибуцника. Часть 1
Барух Шилькрот
Моё еврейское прошлое
Михаэль Бейзер
Миша Эйдельман...воспоминания
Памела Коэн
В память об отце
Марк Александров
Айзик Левитан
Признания сиониста
Арнольда Нейбургера
Голодная демонстрация советских евреев
в Москве в 1971 г. Часть 1
Давид Зильберман
Голодная демонстрация советских евреев
в Москве в 1971 г. Часть 2
Давид Зильберман
Песах отказников
Зинаида Партис
О Якове Сусленском
Рассказы друзей
Пелым. Ч.1
М. и Ц. Койфман
Пелым. Ч.2
М. и Ц. Койфман
Первый день свободы
Михаэль Бейзер
Памяти Иосифа Лернера
Михаэль Маргулис
Памяти Шломо Гефена
Михаэль Маргулис
История одной демонстрации
Михаэль Бейзер
Не свой среди чужих, чужой среди своих
Симон Шнирман
Исход
Бенор и Талла Гурфель
Часть 1
Исход
Бенор и Талла Гурфель
Часть 2
Будни нашего "отказа"
Евгений Клюзнер
Запомним и сохраним!
Римма и Илья Зарайские
О бедном пророке
замолвите слово...
Майя Журавель
Минувшее проходит предо мною…
Часть 1
Наталия Юхнёва
Минувшее проходит предо мною…
Часть 2
Наталия Юхнёва
О Меире Гельфонде
Эфраим Вольф
Мой путь на Родину
Бела Верник
И посох ваш в руке вашей
Часть II
Эрнст Левин
И посох ваш в руке вашей
Часть I
Эрнст Левин
История одной демонстрации
Ари Ротман
Рассказ из ада
Эфраим Абрамович
Еврейский самиздат
в 1960-71 годы
Михаэль Маргулис
Жизнь в отказе.
Воспоминания Часть I
Ина Рубина
Жизнь в отказе.
Воспоминания Часть II
Ина Рубина
Жизнь в отказе.
Воспоминания Часть III
Ина Рубина
Жизнь в отказе.
Воспоминания Часть IV
Ина Рубина
Жизнь в отказе.
Воспоминания Часть V
Ина Рубина
Приговор
Мордехай Штейн
Перед арестом.
Йосеф Бегун
Почему я стал сионистом.
Часть 1.
Мордехай Штейн
Почему я стал сионистом.
Часть 2.
Мордехай Штейн
Путь домой длиною в 48 лет.
Часть 1.
Григорий Городецкий
Путь домой длиною в 48 лет.
Часть 2.
Григорий Городецкий
Писатель Натан Забара.
Узник Сиона Михаэль Маргулис
Памяти Якова Эйдельмана.
Узник Сиона Михаэль Маргулис
Памяти Фридмана.
Узник Сиона Мордехай Штейн
Памяти Семена Подольского.
Узник Сиона Мордехай Штейн
Памяти Меира Каневского.
Узник Сиона Мордехай Штейн
Памяти Меира Дразнина.
Узник Сиона Мордехай Штейн
Памяти Азриэля Дейфта.
Рафаэл Залгалер
Памяти Шимона Вайса.
Узник Сиона Мордехай Штейн
Памяти Моисея Бродского.
Узник Сиона Мордехай Штейн
Борьба «отказников» за выезд из СССР.
Далия Генусова
Эскиз записок узника Сиона.Часть 1.
Роальд Зеличенок
Эскиз записок узника Сиона.Часть 2.
Роальд Зеличенок
Эскиз записок узника Сиона.Часть 3.
Роальд Зеличенок
Эскиз записок узника Сиона.Часть 4.
Роальд Зеличенок
Забыть ... нельзя!Часть 1.
Евгений Леин
Забыть ... нельзя!Часть 2.
Евгений Леин
Забыть ... нельзя!Часть 3.
Евгений Леин
Забыть ... нельзя!Часть 4.
Евгений Леин
Стихи отказа.
Юрий Тарнопольский
Виза обыкновенная выездная.
Часть 1.
Анатолий Альтман
Виза обыкновенная выездная.
Часть 2.
Анатолий Альтман
Виза обыкновенная выездная.
Часть 3.
Анатолий Альтман
Виза обыкновенная выездная.
Часть 4.
Анатолий Альтман
Виза обыкновенная выездная.
Часть 5.
Анатолий Альтман
Памяти Э.Усоскина.
Роальд Зеличенок
Как я стал сионистом.
Барух Подольский

МИША ЭЙДЕЛЬМАН … воспоминания


Памела Коэн,
Ханука, 2010

      В 1980 году UCSJ (Объединение комитетов в защиту советских евреев) пригласил бывшего отказника Мишу Эйдельмана приехать из Израиля в Соединённые Штаты на свою ежегодную конференцию в Вашингтоне. Миша был крупным человеком - этакий увалень с головой, лысой как бильярдный шар. Он был бывшим капитаном советского торгового флота и умел произносить киддуш с таким завораживающим чувством, что все подпадали под его очарование; это также давало нам возможность взглянуть как бы изнутри на то, как бывший советский еврей пытается выстроить себя и свою жизнь в Израиле. К тому же он потчевал нас анекдотами, высмеивавшими советскую власть и коммунизм:

«Октябрь 1980 года. В одной из московских квартир раздаётся телефонный звонок.
- Это Александр Ефимович? Я звоню, чтобы сообщить вам, что автомобиль, который вы заказали на прошлой неделе, будет доставлен вам утром, в третий вторник октября 1991 года.
- Третий вторник? Я очень сожалею, но это невозможно. Он должен быть доставлен не ранее, чем во второй половине дня – утром ко мне приходит заказанный мной сантехник!»

      Моше… или Миша… родился и вырос в Риге в то время, когда в ней пышным цветом расцветали еврейские школы, синагоги и дух идишкайта. Когда нацисты оккупировали Латвию, он находился в составе экипажа на торговом судне, направлявшемся в Европу. Его корабль был остановлен германским военным кораблём, реквизирован, а экипаж был арестован. Ему удалось скрыть своё еврейское происхождение, и он четыре года провёл в концлагере для военнопленных. Когда он вернулся в Ригу, он попал в совершенно другой мир. Ушло всё, включая его жену и детей. Он начал жизнь сначала; женился на Фейге, поднимал на ноги семью и приступил к борьбе за выезд в Израиль, которая закончилась отказом; много лет он провёл в этом кафкианском состоянии отказа, пока, наконец, не получил разрешение в 1978 году.

      Миша был весь соткан из противоречий. Он казался таким крупным, но только на фотографиях я обратила внимание на то, что он был ростом не выше других мужчин на фото. Его массивность и грубоватая внешность скрывали мягкий и деликатный характер. В один из его визитов в наш дом он решил приготовить и подать на стол для субботнего ужина «гефилте фиш» по рецепту, которым пользовались в Риге его мама и бабушка. Я взяла его с собой на рынок и там наблюдала, как этот человек, выглядевший как крутой портовый докер, искусно командовал процессом выбора рыбы и её обработки. Он принёс рыбу домой, снял с себя рубашку, нацепил передник и с ловкостью скрипача своими большими руками приготовил фарш, смешал его с другими ингредиентами и запихнул получившуюся массу во влажную тонкую рыбью шкуру. После этого он с любовью заложил всё это в рыбный суп, сваренный со свеклой.

      Несколько раз мы – Мэриллин Толлман и я – приглашали его в Чикаго для выступлений перед «Чикаго действует в помощь советским евреям» (так называлось отделение UCSJ в Чикаго. – Прим. перев.). Миша выступал очень убедительно, он умел завладевать вниманием слушателей, как он когда-то завладел моим. Пока я везла его туда, где он должен был выступать, он с любовью описывал мне сцены из его молодости, утрату Риги, центра еврейской учёности, давшей много знатоков Торы и такой богатой по части идишкайта. Я кожей ощущала его утрату. И я чувствовала, что это была и моя потеря.

      После своего отъезда он посылал письма мне и шутки и загадки для наших детей.

      Известие о его смерти его стало печальной новостью для всех активистов UCSJ. Миша отдавал так много, пока был жив.

      И он продолжал отдавать даже после своего ухода.


      Однажды в 1992 году, много лет после смерти Миши, я рылась в своей библиотеке, просматривая некоторые тексты, сортируя книги и переставляя их с полки на полку, и вдруг наткнулась на книгу, которая показалась мне незнакомой. Я её не читала и была уверена в том, что я её не покупала. На самом деле, я была абсолютно уверена в том, что вижу её впервые. Я открыла обложку и увидела на первом чистом листе перед титульным две надписи от руки. Одна из них была датирована 1981 годом и подписана раввином Фенделем, автором книги. Я была озадачена. В надписи было много слов на иврите, которым я тогда не владела, но к ним были добавлены слова «с наилучшими пожеланиями» на английском.

      Я не была знакома с раввином Фенделем. Сказать правду, даже его имя было мне незнакомо. Я не могла соотнести это имя ни с кем из знакомых мне раввинов.

      Я – ненасытный собиратель русских и еврейских книг. Должно быть, я купила её в каком-то магазине старой книги, но, с другой стороны, я знала каждую книгу в своей библиотеке, и знала, откуда появилась каждая из них.

      Я переворошила свою память.

      На оборотной стороне чистого листа сильным и твёрдым европейским почерком было написано:

«Джошу: одной из причин, по которой выжил наш народ, было то, что наши люди помогали друг другу в час нужды, и твои родители – наилучший образец этой традиции. ПРОДОЛЖАЙ В ТОМ ЖЕ ДУХЕ».

      Под этим стояла подпись: «С любовью. Майк» и дата «30 июня 1984 г. ».

      МАЙК?

      Какой Майк? Уж конечно почерк не принадлежал моему зятю Майклу. И мы не знали других «Майков».

      «Джошу?» Относилось ли это к нашему Джошу? Нашему сыну Джошу? Или к какому-то другому Джошу? Это ведь широко распространённое еврейское имя.

Как раз в этот период мой муж Ленни и я делали первые шаги к удовлетворению нашего растущего любопытства к классическому иудаизму и к Торе. Мы только что начали посещать на регулярной основе уроки раввина, учившегося в иешиве.

      Я открыла книгу. Её название гласило: «Наследие Синая. История дарования Торы и мир того времени. От сотворения мира до окончания эры гаонов» (имеется ввиду период, когда главную роль в развитии иудаизма играли еврейские мудрецы, жившие в Вавилоне. – Прим. перев.).

      Замечательно.

      Наш народ, народ книги, обладал письменными свидетельствами цепи от дарования на Синае, от дарования Торы? От учителя к ученику, от отца к сыну? И так от самого начала?

      Какая восхитительная маленькая книжка стояла необнаруженной всё это время на моей полке, ожидая, по-видимому, чтобы именно в нужный момент попасть мне в руки.

      Но даже тогда, когда я погрузилась в эту книгу и в историю, мысль о таинственном «Майке» не оставляла меня.

      Примерно через год после того, как я обнаружила удивительную книгу раввина Фенделя, я листала альбом с фотографиями бар-мицвы нашего сына Джоша, состоявшейся в Иерусалиме летом 1984 года, в поисках некоей фотографии, и мне попалась на глаза фотография Миши Эйдельмана. На ней был изображён Миша, танцующий на бар-мицве Джоша в 1984 году.

      Это было в июне 1984 года, и именно эта дата была указана в той таинственной книге на моей книжной полке.

      Всё стало на свои места.

      Эта книга была подарена Джошу удивительным, чудесным человеком, который был рождён как Моше в Риге, стал Мишей после Холокоста, а потом для Джоша стал Майком.

      Эта драгоценная книга была надписана раввином Фенделем и Мишей Эйдельманом для Джоша в его бар-мицву, но была как бы преподнесена мне как раз в тот момент, когда я искала её.

      Кто-нибудь назовёт это совпадением.


Перевод с английского Эдуарда Маркова
Декабрь 2010 г.

Главная
cтраница
База
данных
Воспоминания Наши
интервью
Узники
Сиона
Из истории
еврейского движения
Что писали о
нас газеты
Кто нам
помогал
Фото-
альбом
Хроника Пишите
нам