Хроника


Главная
cтраница
База
данных
Воспоминания Наши
интервью
Узники
Сиона
Из истории
еврейского движения
Что писали о
нас газеты
Кто нам
помогал
Фото-
альбом
Хроника Пишите
нам
Умер
Марк Дымшиц
Умер
Владимир Престин
В память о
Мартине Гилберте
Памяти
Виталия Раевского
В память о
Майкле Шербурне
В память о
Юлии Кошаровском
В память о
Джейкобе Бирнбауме
Памяти
Наталии Васильевны Юхневой
50 лет
словарю Шапиро
Памяти
Давида Хавкина
Памяти
Стюарта Вертмана
Строитель Третьего Храма.
Элеонора Шифрин
о Майкле Шербурне
NCSJ в Израиле
отдаёт дань уважения бывшим
отказникам и активистам;
Дети советского отказа.
Сборник
Умер Барух Подольский
Помогите пострадавшим от пожара
Тройной юбилей
Таратут
Архив переехал
Памяти Командора
Виктора Польского
Памяти моего отца
Алекса Файтельсона
Памяти
Делисии Джейсон
Из поколения
в поколение
Памяти
Евгении Паланкер
Страху вопреки
Евгений Лейн
40 лет
Организации узников Сиона
Памяти
Якова Сусленского
Памяти
Ирины Лебедевой
Сборник
"Памяти Линн Сингер"
Памяти
Сая Фрумкина
Памяти
Евгения Абезгауза
15-я конференция
по иудаике, Москва
Памяти
Розы Финкельберг
Выставка
«Евреи борьбы»
Лев Овсищер
1919-2007
Иосиф Лернер
1926-2007
Эфраим Абрамович
1916-2007
О Юре Штерне
Отказники и узники Сиона
отметят 40-летний юбилей
К 80-летию Джейкоба Бирнбаума
35-й Сионистский Конгресс
Памяти Юваля Неэмана
Памяти Арье Кляймана
Семинар и презентация книги
по истории сионистского движения в СССР
Конференция в Центральном
Сионистском Архиве

В память о Мартине Гилберте


Наш еврейский рыцарь.
Сэр Мартин Гилберт и советские "отказники"

Михаэль Бейзер


"Как еврей, я был горд тем, что сижу и разговариваю с ними".
(М. Гилберт. "Евреи надежды")

      3-го февраля в Лондоне в возрасте 78 лет умер британский историк и общественный деятель, автор 88 (!) книг, сэр Мартин Гилберт. Гилберт родился в Лондоне в семье ювелира. Все его бабушки и дедушки происходили из царской России. Он закончил Оксфорд по специальности "современная история". В Англии и мире Гилберт приобрел широкую известность прежде всего как биограф Уинстона Черчилля. Его публикации о Черчилле (биография и документы) составили 24 тома или 25 тыс. страниц. Он также автор многочисленных книг по истории первой и второй мировых войн, по еврейской истории, а также нескольких исторических атласов.

      Мартин Гилберт являлся советником четырех премьер-министров, от Маргарет Тэтчер до Гордона Брауна, входил в британскую комиссию по войне в Ираке, был принят в Орден Британской империи, произведен в сэры и отмечен другими наградами и почестями. К сожалению, его большие заслуги перед советскими евреями пока никак официально не вознаграждены.

Демонстрация в защиту cоветских евреев, Иерусалим, 1986 г. Слева направо: Юрий Штерн, Эстер Карми, Сэр Мартин Гилберт, Инид Вуртман (Из фонда Донны Воск)

      Сегодняшнему молодому поколению трудно представить, что тридцать-сорок лет назад десяткам тысяч евреев было отказано в праве эмигрировать из СССР, чтобы воссоединиться со своим народом в Израиле. Те, кто настаивал на осуществлении этого права, преследовались, а самые упорные заключались в тюрьму. Среди западных общественных неполитических деятелей, поддержавших многолетнюю борьбу "отказников", сэр Мартин Гилберт был, быть может, самой выдающейся личностью.

       В 1983 году он отправился в Москву и Ленинград, где проинтервьюировал десятки лидеров и активистов движения за алию. Хотя на обратном пути в аэропорту "Шереметьево" у него конфисковали большую часть записей и фотопленок, по возвращении в Лондон, Гилберт за короткий срок по памяти написал пронзительный отчет о своих встречах, вышедший в виде книги "Евреи надежды. Сегодняшнее положение советских евреев". Название указывало на то, что советские евреи перестали быть "евреями молчания", как их определил Эли Визель в одноименной книге, написанной после поездки в Советский Союз в 1965 году. Теперь евреи надеялись на лучшее будущее и сражались за него. Успех книги Гилберта сделал ее героев известными в свободном мире, а также в определенной степени оградил их от преследований органами КГБ.

      Но этим дело не ограничилось. Со всеми встреченными отказниками Мартин завязал тесную переписку. Не смотря на тысячу других дел, он отправлял им рои писем и почтовых открыток, всегда пронумерованных, обычно с уведомлением о вручении, чтобы предотвратить недоставку. Я лично получил более ста его посланий, а некоторые и более двухсот. Чтобы продемонстрировать уважение к своим новым друзьям, большинство писем Гилберт писал от руки. Как-то я получил напечатанное на машинке письмо с преамбулой: "Дорогой Миша, прости за машинопись; я стер себе пальцы до костей писаниями о Черчилле".

Аба и Ида Таратута с Мартином Гилбертом на квартире у Таратут. Ленинград, 1983.

      Мартин никогда не считался с тем, чья очередь писать. Он понимал, что не все письма оттуда доходят, что отказникам важна его поддержка, и поэтому писал при всякой возможности, скажем, ожидая посадки на самолет, или во время езды в поезде. Он всегда подбирал красивые марки и изумительные открытки, отправляя их со всех концов света. Гилберт старался выполнять каждую просьбу отказников, вселять в них надежду, защищать от произвола властей. По их проблемам он не раз обращался к государственным и общественным деятелям, включая миссис Маргарет Тэтчер.

      Борьба Гилберта за алию советских евреев вполне соответствовала взглядам Уинстона Черчилля, который считал, что сионизм – желательная альтернатива коммунизму для приложения свойственной евреям повышенной общественной энергии. Шестой том биографии Черчилля он посвятил двум активистам и многолетним отказникам Юлию Кошаровскому и Абе Таратуте. В свои знаменитые атласы по еврейской истории он включал карты с узниками Сиона, долгосрочными "отказниками", разделенными семьями - все это, чтобы поддерживать к ним интерес западной общественности.

Юлий Кошаровский, Натан Щаранский и Мартин Гилберт. На квартире у Инид и Стюарта Вёртман. Иерусалим, 2004.

      Гилберт имел постоянную колонку в "Джерусалем пост", в которой рассказывал читателям о судьбах заключенных Анатолия Щаранского, Евгения Леина, Роальда Зеличонка, Иосифа Бегуна, Владимира Лифшица, Александра Холмянского, Юлия Эдельштейна и других. О Щаранском он издал отдельную книгу "Герой нашего времени". Мартин поддерживал контакты с общественными организациями и индивидуумами, занимавшимися "отказниками", обменивался с ними информацией. Например, в Израиле его надежным партнером был Лев Утевский. Работоспособность и эффективность этого неутомимого человека не уступала иной организации или институту.

      Моя собственная встреча с Мартином Гилбертом стала для меня судьбоносной. С его поощрением и помощью я оформил свои экскурсии в книгу "Евреи в Петербурге", еще находясь по ту сторону "железного занавеса". Посещавшие нас иностранцы переправляли переснятую на микрофильмы рукопись по частям в Лондон, а там уже Мартин ее распечатывал, собирал в единое целое, вносил множественные поправки, посылавшиеся мною вслед. Он обеспечил перевод рукописи на английский язык, сам ее отредактировал, написал предисловие и нашел издателя. Принятие рукописи к публикации в США определило моё решение стать еврейским историком.

Мартин Гилберт и Михаэль Бейзер. Иерусалим, Таелет, 1987 г.

      Мы, отказники, с радостью встретили весть о присуждении Мартину Гилберту рыцарского звания "сэр". Это было признанием его выдающегося вклада в британскую историографию и международные отношения. Но, честно признаться, для нас Мартин был прежде всего еврейским рыцарем, всегда готовым идти в бой за свой народ.

      С годами Мартин все чаще писал на еврейскую тематику: о Холокосте, о Черчилле и евреях, об Израиле и Иерусалиме, о евреях в мусульманских землях. Думаю, что ему порядком надоел антисемитизм в Англии, который встречался не только среди иммигрантов-мусульман, но и в высших кругах. Далекий от ортодоксии Гилберт начал регулярно посещать Уайтгейтскую ортодоксальную синагогу, расположенную недалеко от Уайтгейтской школы, в которой он когда-то учился, и Уайтгейтского кладбища, где лежит Карл Маркс. Сам он купил участок на кладбище выходцев из англоязычных стран под Бейт-Шемешем. В марте 2012 года с Мартином случился инсульт, после которого он так и не пришел в себя. Хотя его знали многие, на похоронах не было ни израильских политиков, ни журналистов. Британский посол передал соболезнование своего премьер-министра. Я сказал несколько слов от имени отказников. Не было ни венков, ни букетов цветов. Была горечь утраты друга и защитника, еврейского рыцаря, сэра Мэлаха (Мартина) Гилберта.

Главная
cтраница
База
данных
Воспоминания Наши
интервью
Узники
Сиона
Из истории
еврейского движения
Что писали о
нас газеты
Кто нам
помогал
Фото-
альбом
Хроника Пишите
нам